В начале 2000-х годов аэрокосмическая индустрия казалась закрытым клубом для избранных. Требовались связи, миллиарды долларов и армии инженеров с профильным образованием. Но один человек из маленького новозеландского городка решил, что правила существуют лишь для тех, кто готов им подчиниться. Сегодня его компания RocketLab — одна из двух частных космических компаний в мире, которая не просто выжила, но и процветает, бросая вызов самому SpaceX.

Мечта, рождённая под звёздным небом

История начинается в 1976 году в Инверкаргилле — тихом провинциальном городке на краю света с населением всего 50 тысяч человек. Для сравнения: это меньше, чем жителей в одном крупном жилом комплексе современного мегаполиса. Новая Зеландия тогда, как и сейчас, оставалась преимущественно аграрной страной, где на каждого человека приходится по 22 овцы. О космической индустрии здесь не могло быть и речи.

Питер Бек родился в семье, далёкой от богатства. Отец Рассел работал директором музея, мать Энн преподавала в школе. Трое братьев ютились в одной комнате. Но у Рассела Бека была особенность — он жил так, будто правил не существует. Не получив университетского образования, он стал всемирно признанным экспертом по нефриту, собрал собственными руками метровый телескоп и даже пытался построить ракету, которая эффектно взорвалась на берегу реки.

Именно отец передал сыну три главные страсти: любовь к инженерии, тягу к звёздам и убеждение, что невозможное — лишь вопрос времени и упорства.

Холодным новозеландским вечером, глядя на усыпанное звёздами небо, Рассел сказал маленькому Питеру: «Видишь эти точки? Это звёзды, такие же, как наше Солнце. У них есть свои планеты, как наша Земля. И возможно, прямо сейчас оттуда кто-то смотрит на нас».

В тот момент в голове мальчика зародилась мечта: он будет строить ракеты и работать в NASA.

Бунт против системы

Мечта быстро превратилась в одержимость. В старшей школе Питер разобрал семейный автомобиль Mini и собрал его обратно, установив турбокомпрессор. Затем начал мастерить водяные ракеты. Его увлечения настолько беспокоили окружающих, что школьный консультант по профориентации вызвал родителей на серьёзный разговор.

Консультант был искренне обеспокоен: карьерные планы мальчика казались абсурдно недостижимыми. В Новой Зеландии не было ни профильных университетов, ни аэрокосмических предприятий. Мечта о работе в NASA выглядела полным безумием.

Питер это прекрасно понимал. Поэтому после школы он принял неожиданное решение: не стал поступать в университет, а в 17 лет ушёл из дома и устроился простым рабочим на завод по производству бытовой техники. Это дало ему доступ к материалам и оборудованию.

С этого момента его жизнь разделилась надвое. Днём он зарабатывал на жизнь, а вечерами в гараже мастерил ракетный двигатель. Результат превзошёл все ожидания: молодой самоучка создал работающий реактивный двигатель. Не имея готовой ракеты для испытаний, он решил тестировать его на себе.

Сначала появился реактивный мотоцикл, разгонявшийся до 140 километров в час за пять секунд. На этом монстре Бек участвовал в реальных соревнованиях и установил рекорд скорости. Затем он построил реактивный ранец и гонял на нём прямо на роликовых коньках.

Питер не спал, почти не ел и думал только о ракетах. Он сам шутил позже, что его будущая жена Кэрин согласилась выйти за него замуж лишь для того, чтобы он не умер от голода. Впрочем, Кэрин Моррис сама была инженером и дизайнером, как никто понимавшей странности мужа.

Разрушение иллюзий

В 2006 году Кэрин получила приглашение на месячную командировку в США. Питер воспринял это как шанс совершить паломничество по святым местам: аэрокосмическим стартапам, военным базам и, конечно, NASA.

Поездка обернулась серией разочарований. На военных базах его буквально выпроваживали под руки — оказалось, что люди в форме не рады иностранцу с фотоаппаратом и списком вопросов про ракетные двигатели. Частные компании вежливо отказывали в стажировке: юридически они не могли взять человека без профильного образования и опыта в отрасли, каким бы талантливым он ни был.

В NASA Питер попал, но только на экскурсию. И это стало самым большим ударом. Он ожидал увидеть организацию времён миссии «Аполлон» — толпы молодых учёных с горящими глазами и духом первооткрывателей. Вместо этого обнаружил неповоротливую бюрократическую машину со средним возрастом сотрудников 52 года, где говорили только о былых заслугах.

Буквально перед отлётом Бек заскочил в один аэрокосмический стартап. Там ему с гордостью показали передовую разработку — зажигатель для ракетного двигателя. Правительство США выделило на проект миллионы долларов. Устройство выглядело ужасно: грубо обработанный металл, прикрученный к куску обычной фанеры. Зажигатели Бека, сделанные в гараже за копейки, смотрелись куда элегантнее.

Двенадцати часов перелёта из США в Новую Зеландию оказалось достаточно, чтобы переосмыслить всю жизнь. Прямо в самолёте Питер набросал что-то на салфетке и передал жене: «Вот чем мы будем заниматься в Новой Зеландии. Мы будем строить ракеты».

На салфетке был нарисован логотип будущей компании RocketLab.

«У нас нет денег, поэтому нам приходится думать»

В 1930-е годы знаменитая Кавендишская лаборатория Кембриджского университета испытывала серьёзный дефицит финансирования. Физикам приходилось собирать сложнейшие приборы буквально из подручных средств — из сургуча и бечёвки, как они шутили. Но это не помешало лаборатории стать мировым центром физических исследований и совершить ряд фундаментальных открытий в ядерной физике.

Руководил лабораторией Эрнест Резерфорд, великий учёный, отец ядерной физики, уроженец Новой Зеландии. Он был скромен, отказывался от крупных грантов и больших контрактов, сосредоточившись на фундаментальных исследованиях. «У нас нет денег, поэтому нам приходится думать», — любил говорить он.

Эта фраза Резерфорда стала девизом RocketLab. 2006 год. Питеру Беку 29 лет, и он решается основать компанию. С друзьями они начинают строить первую ракету. Но одной решимости мало — нужны деньги. Если вы самоучка без связей, чьё главное достижение — реактивный ранец, а вы собираетесь поднять аэрокосмическую отрасль в аграрной стране, найти финансирование крайне сложно.

Вложиться в RocketLab образца 2006 года мог только сумасшедший. И такой человек нашёлся.

Марк Стивенс в конце девяностых был обычным интернет-предпринимателем, но одна из его компаний крупно выстрелила, и он сколотил состояние. В 2000 году, когда денег стало достаточно для лёгкого помешательства, он официально сменил фамилию на Рокет (Rocket — ракета) и начал искать возможность вложиться в космос.

Питер услышал его интервью по радио и немедленно связался. В марте 2007 года у RocketLab появились первые пару сотен тысяч долларов, а у Марка Рокета — половина компании. Сделка была безумной, но она того стоила.

Первый прыжок в космос

30 ноября 2009 года скромная пятиметровая ракета Atea-1 впервые в истории Новой Зеландии достигла космоса. Двадцать две секунды полёта — и весь мир заговорил о сумасшедших новозеландцах всерьёз.

Но вместо того чтобы наслаждаться минутой славы, буквально сразу после запуска Питер Бек отправился в Кремниевую долину искать большие деньги для большой мечты. Марк Рокет, чтобы не мешать другу и не отпугивать американских инвесторов, продал свою долю обратно.

В 2013 году RocketLab регистрируется в США, а через год получает первые крупные инвестиции. Начинается разработка новой ракеты — Electron.

Революция в миниатюре: ракета Electron

Когда главный враг — законы физики, волей-неволей становишься консерватором. Формула Циолковского не устарела ни на йоту с момента создания. Наиболее эффективное химическое топливо давно известно. Рекорд удельного импульса в 453 секунды достигнут более 40 лет назад, и пробить его химическим топливом практически невозможно.

Поэтому большинство инновационных проектов в ракетостроении оборачиваются катастрофой, а консерватизм оказывается самым разумным решением. Но Electron — именно инновационный проект.

Двигатель Rutherford: напечатанный на 3D-принтере

Главная инновация — двигатель Rutherford, первый в мире орбитальный двигатель, напечатанный на 3D-принтере. Традиционные ракетные двигатели из фрезерованных деталей невероятно сложны: тысячи компонентов, месяцы сборки, астрономическая стоимость.

Rutherford стал первым кислородно-углеводородным двигателем, использующим аддитивное производство для всех основных узлов. Вместо трёх-пяти тысяч деталей — всего 200. Двигатель печатают за 24 часа и собирают за три дня. Стоимость — в десятки раз ниже.

Электропривод турбонасосов

Вторая инновация — электропривод турбонасосов. Традиционно в ракетных двигателях турбонасосы приводятся в движение горячими газами — это сложный, капризный и дорогой узел. RocketLab заменила его электродвигателями на аккумуляторах.

Это всё равно что заменить двигатель внутреннего сгорания со всеми поршнями, цилиндрами и системой подачи топлива на простую батарейку. Конструкция упрощается кратно, снижаются вес, размеры и стоимость. Надёжность возрастает в разы — исчезают целые классы отказов.

RocketLab первыми в индустрии заметили прогресс химии аккумуляторов в электромобилях и смартфонах и внедрили технологию в аэрокосмическую отрасль.

Углепластиковый корпус

Третья инновация — материал. Корпус ракеты Electron целиком состоит из углепластика, карбонового композита. Огромный робот-манипулятор по имени Рози точными движениями наносит прочные углеродные ленты, пропитанные эпоксидной смолой, на цилиндрическую форму. Затем заготовки запекаются в огромной печи.

Результат — лёгкий и прочный корпус, уменьшение массы конструкции и увеличение полезной нагрузки. Но главное достижение — баки с кислородом тоже сделаны из углеродного волокна.

Жидкий кислород — экстремальный окислитель. При малейшем микроповреждении, трении или статической искре эпоксидная смола может мгновенно и бурно среагировать с кислородом — проще говоря, взорваться. Именно из-за этой проблемы в 2016 году на стартовой площадке взорвалась ракета Falcon 9 от SpaceX.

Поэтому исторически никто не решался на массовое внедрение этой технологии. Но RocketLab разработала собственную формулу, и теперь толщина стенки бака не превышает толщину кредитной карточки — около 1,5 миллиметра, как любит говорить Питер Бек.

Применение углепластика существенно упрощает и ускоряет производство. Сборка всей ракеты Electron занимает рекордные семь дней.

Культура совершенства

Если основатель компании — гениальный инженер, помешанный на своём деле, это имеет последствия. Запас прочности у ракет в лучшем случае составляет 1,2. Если деталь выдерживает давление 100 PSI, то при 120 она взрывается. Все материалы работают на пределе возможностей.

Вкрутите один бракованный винт — чуть менее пластичный или с небольшим дефектом — и вы потеряете ракету. Поэтому история каждого винта в RocketLab отслеживается: когда он был сделан, где, вплоть до сертификата на материал с указанием, на каком именно сталелитейном заводе был произведён кусок металла, из которого изготовлен винт.

Все кабели должны быть закреплены с одинаковым шагом, а замки стяжек повёрнуты в одном направлении. И это обязательно должно быть красивым.

Питер Бек придерживается принципа: нужно делать всё как произведение искусства. Если вещь выглядит как хлам и не работает, у вас нет ничего. А так она хотя бы выглядит красиво.

Такое патологическое внимание к деталям — не прихоть, а абсолютная необходимость. Космическая отрасль не терпит ошибок.

Путь к орбите

25 мая 2017 года — первый запуск ракеты Electron. В аэрокосмической отрасли есть неписаное правило: первая ракета не выходит на орбиту с первого раза. Такого просто не бывает.

Ракета взлетела, двигатели работали исправно, она стабильно набирала высоту, успешно отделилась первая ступень, запустился двигатель второй ступени. До выхода на орбиту оставалось буквально 200 секунд, но оператор по ошибке выключил двигатель раньше времени. Ракета сошла с траектории.

Но у RocketLab получилось со второй попытки. 21 января 2018 года Electron успешно вывел на орбиту три кубсата — маленьких спутника. Абсолютный успех. А с третьей попытки начался настоящий бизнес.

На момент 2025 года Electron совершил 89 запусков, из них 85 успешных и только четыре неудачных, включая самый первый. Electron стал одной из самых надёжных ракет-носителей за всю историю космонавтики.

В 2025 году RocketLab провела 21 успешный коммерческий запуск без единого провала.

Стратегия выживания: не конкурировать с гигантом

Во втором злейшем враге ракетостроения — экономике — стоит поговорить про слона в комнате: SpaceX. В коммерческих запусках важны три показателя: полезная нагрузка (объём груза), частота запусков и стоимость доставки одного килограмма. Чем больше ракета и чем чаще летает, тем дешевле и лучше.

На текущий момент рынком доминирует Falcon 9 от SpaceX. Это ракета тяжёлого класса высотой 70 метров, способная вывести на орбиту до 23 тонн груза в одноразовом варианте и до 17,5 тонн в многоразовом, когда первая ступень возвращается на базу.

В 2025 году Falcon 9 осуществил 165 орбитальных запусков со стопроцентным успехом. Частота — почти каждые два дня. Большинство запусков (123) — внутренние миссии SpaceX для развёртывания спутников Starlink, но 42 были коммерческими.

SpaceX контролирует 90% рынка коммерческих запусков благодаря программе SmallSat Rideshare. Не обязательно покупать всю ракету за 74 миллиона долларов — можно «заскочить на попутку» за 7000 долларов за килограмм при минимуме 50 килограммов, то есть за 350 тысяч.

Перебить такое предложение ни ценой, ни числом запусков невозможно. Но у RocketLab получилось — они решили не конкурировать напрямую.

Electron — маленькая ракета сверхлёгкого класса. Высота всего 18 метров, диаметр 1,2 метра, грузоподъёмность до 320 килограммов. Стоимость запуска — 25 тысяч долларов за килограмм. В 2025 году провели 21 запуск, из них 18 орбитальных, против 165 у Falcon 9.

Кажется, что Falcon 9 уничтожает Electron по всем параметрам. Но это не так.

Космическое такси против космического автобуса

Программа Rideshare — это космический автобус. Вы покупаете билет и едете дёшево из точки А в точку Б, но выбрать нужную орбиту и дату не получится.

Electron — это космическое такси бизнес-класса. Оно доставит груз именно туда, куда нужно, и когда нужно, с предельной точностью и комфортом.

Более того, RocketLab — компания полного цикла. Они не просто запускают спутники — они создают их со всем техническим обеспечением и программным обеспечением, монтируют и обслуживают на протяжении всего срока службы. Для этого есть платформа Photon.

Создание спутниковых платформ и компонентов — это более половины бизнеса RocketLab и основной источник стабильного дохода.

Почему у Electron нет конкурентов? Потому что создать сверхлёгкую ракету во многом сложнее, чем большую. Плотность компонентов выше, стоимость высокая, каждый лишний грамм на вес золота. Решить уравнение по стоимости, качеству, надёжности и рентабельности в сверхлёгком классе до RocketLab не смог никто.

Они не просто заняли свободную нишу — они единственные, кто смог в ней выжить и закрепиться.

Нейтрон: ракета из 2050 года

При создании Electron у RocketLab не было ни денег, ни репутации для прямой конкуренции с гигантом. Теперь есть и то, и другое. RocketLab планирует вырвать из рук SpaceX существенную долю рынка коммерческих запусков. Для этого строится прямой конкурент Falcon 9 — ракета Neutron (Нейтрон).

Учиться на чужих ошибках

В космической отрасли большие деньги не гарантируют успех, но позволяют купить право на ошибку. Илон Маск обожает итерации: лучше сделать сейчас неидеально и потом исправить, чем долго думать и упустить момент.

Но некоторые ошибки не исправить никогда. Falcon 9, главная фишка которого — управляемый возврат первой ступени, изначально проектировался как классическая одноразовая ракета. Отсюда масса проблем: керосиновое топливо образует огромное количество сажи и копоти, превращая межполётное обслуживание в кошмар; слишком узкий диаметр корпуса (3,7 метра), из-за которого крупные грузы не помещаются; высокая стоимость доработок.

Разработка первой версии Falcon 9 стоила 300 миллионов долларов, доработка до многоразовости — ещё миллиард.

Питер Бек предпочитает получать опыт другим путём. Electron изначально не проектировался как многоразовый, но данные после первых полётов показали запас прочности. Начались эксперименты.

Сначала попробовали ловить первую ступень вертолётом прямо на лету. И поймали! Правда, из-за опасной раскачки ракету пришлось бросить в океан. От идеи быстро отказались — не для того ракеты создавали. Затем ступень стали мягко сажать на парашютах на воду.

После каждой попытки инженеры собирали данные и улучшали конструкцию. Но попытки возврата Electron прекратились. Почему? Потому что полученный опыт был нужен не для Electron, а для создания совершенно новой ракеты.

Нейтрон: ракета будущего

Питер Бек называет Neutron ракетой из 2050 года, которую строят прямо сейчас. Она спроектирована как многоразовая с первого дня, что сильно повлияло на дизайн.

Широкий корпус. Ракета довольно толстая: 7 метров в основании и 5 метров в области обтекателя при высоте 43 метра. Пухлый дизайн даёт три преимущества:

1. При возвращении в атмосферу Neutron тормозит всем телом, требуя гораздо меньше топлива, чем тонкий Falcon 9.
2. Устойчивость при посадке благодаря низкому центру тяжести и широкому основанию с интегрированными ногами. Можно возвращаться на плоскую площадку без сложных береговых конструкций.
3. Широкий пятиметровый обтекатель позволяет загружать габаритные грузы с целым созвездием спутников.

Революционная конструкция. Классический дизайн ракеты — бутерброд из двух ступеней одна над другой и обтекателя. Так устроен Falcon 9. Neutron устроен иначе: вторая ступень полностью спрятана внутри первой.

Такой дизайн позволяет сделать вторую ступень максимально лёгкой и дешёвой — ей не нужно испытывать колоссальные аэродинамические нагрузки при взлёте. За неё всё делает внешняя оболочка первой ступени. По сути, вторая ступень — просто двигатель с прикреплённым грузом.

«Голодный гиппопотам». Обтекатель, названный Hungry Hippo, не отстреливается в космосе, а широко раскрывается, как пасть бегемота. Когда груз покинул корпус, створки закрываются обратно.

Такая конструкция позволяет возвращать всю первую ступень целиком. Не надо искать половинки обтекателя в море. После посадки нужно лишь вставить новую вторую ступень с полезной нагрузкой, закрыть пасть — и ракета готова к полёту.

RocketLab заявляет о цикле возврата в 24 часа. Ракета, побывавшая в космосе, сможет полететь обратно уже через сутки. Для сравнения: текущий рекорд Falcon 9 — около девяти дней.

Углеродный композит. Корпус полностью из углеродного композита. Огромный пятиэтажный робот слой за слоем выкладывает углеродную ленту, создавая самую большую карбоновую конструкцию в истории космонавтики. При одинаковой прочности с алюминиевым сплавом Falcon 9 Neutron получается значительно легче, что позволяет брать больше топлива или выводить больше полезной нагрузки.

Двигатель Archimedes. Новый двигатель работает на метане, как Raptor в Starship. Метан горит чисто, не оставляя сажи и копоти, в отличие от керосина. Идеальное решение для многоразовости.

Когда полетит Neutron?

Сроки первого запуска неоднократно переносились: сначала 2024-й, потом 2025-й, теперь 2026-й. На текущий момент проводятся стресс-тесты двигателя Archimedes. Если они пройдут удачно, уже в 2026 году мы можем увидеть Neutron в деле.

Релиз Electron тоже сдвигался в своё время. Как показала практика, если цена ошибки слишком высока, лучше сделать всё правильно с первого раза. Или хотя бы со второго.

Достижения и наследие

У RocketLab в распоряжении два космодрома в разных полушариях, причём один в собственности — такого нет ни у кого. Спутники компании летят на Луну и Марс. Готовится исследовательская миссия на Венеру с целью найти внеземную жизнь в плотных облаках планеты.

Акции RocketLab демонстрируют стабильный рост, а портфель заказов на миллиарды долларов обеспечит компанию работой и финансированием на годы вперёд.

RocketLab — единственная частная компания помимо SpaceX, которая сумела закрепиться на рынке, масштабироваться и показывать стабильный рост из года в год.

Марк Рокет: первый киви в космосе

В 2000 году, когда Марк Стивенс сменил фамилию на Рокет, он пообещал себе стать первым новозеландцем в космосе. Спустя четверть века, в мае 2025 года, на корабле Blue Origin он осуществил мечту.

Когда его спросили, было ли страшно, он ответил: «Знаете, жизнь полна рисков, и нужно выбрать риск, на который ты готов пойти. И в конце концов, даже если ты умрёшь, что может быть лучше, чем взорваться на ракете?»

Питер Бек: от мечтателя до рыцаря

В детстве мечты Питера казались абсурдно недостижимыми. Сегодня он создал одну из самых успешных аэрокосмических компаний в истории.

Бек не получал высшего образования, но стал адъюнкт-профессором аэрокосмической инженерии в Оклендском университете. Вместе с учёными из Массачусетского технологического института он готовит первую в истории частную миссию на Венеру.

Его отец Рассел Бек долго боролся с раком и ушёл из жизни в феврале 2018 года, успев дождаться, когда ракета Питера впервые достигла орбиты. В последнем разговоре, когда Питер рассказал, что его выдвинули на рыцарский титул, отец сказал: «Это прекрасно».

3 июня 2024 года Питер Бек был удостоен звания рыцаря-компаньона Новозеландского ордена за заслуги — за колоссальный вклад в аэрокосмическую индустрию, бизнес и образование.

Эпилог

История RocketLab доказывает: невозможное — лишь вопрос времени, упорства и готовности идти своим путём. Из маленького новозеландского городка, где на каждого человека приходится по 22 овцы, самоучка без высшего образования создал компанию, которая бросает вызов гигантам космической индустрии.

«У нас нет денег, поэтому нам приходится думать», — девиз, унаследованный от великого новозеландского физика Эрнеста Резерфорда, продолжает работать в XXI веке. Когда основатель компании — гениальный инженер, помешанный на своём деле, это имеет последствия. Хорошие последствия.

И если жизнь на Венере всё-таки найдётся, Питер Бек наконец будет точно знать, что прямо сейчас оттуда кто-то смотрит на нас.

На MWC 2026 в Барселоне Honor показала Robot Phone — телефон с выдвижной камерой на гимбале с четырьмя степенями свободы. Камера умеет вращаться на 360°, кивать, качать «головой» и следить за объектом в реальном времени. Внутри — 200-мегапиксельный сенсор с трёхосевой стабилизацией на титановом моторизованном кронштейне.

Honor разработала собственный микромотор — на 70% меньше существующих аналогов, чтобы уместить всё это в корпус обычного смартфона. Для цветопередачи — партнёрство с ARRI, кинокамерными легендами. Релиз запланирован на вторую половину 2026 года, сначала только в Китае.

 

27 февраля инженеры из UC Davis представили устройство, которое генерирует электричество ночью, используя температурную разницу между тёплой Землёй и ледяным космосом. Никаких батарей, никакого топлива — только двигатель Стирлинга, который превращает естественный перепад температур в механическую энергию.

Принцип простой: одна сторона двигателя связана с землёй (тёплая), другая направлена в космос через специальную радиационную панель (холодная). Космос имеет температуру около -270°C, и объекты на Земле естественно излучают тепло в его сторону через атмосферное окно в инфракрасном диапазоне. Эта разница температур в 10-15°C запускает поршень и генерирует до 400 милливатт на квадратный метр.

Год ночных испытаний показал: система работает лучше всего в регионах с низкой влажностью и ясным небом. Уже продемонстрирована работа небольшого вентилятора и подключение к электромотору для генерации тока. Команда подала патентную заявку и планирует масштабировать технологию для вентиляции теплиц и зданий в ночное время.

Интернет есть. Щёлк — свет гаснет. Интернета нет. Опять щёлк — свет появляется. А теперь снова есть! Нет, речь не о фантастике. Просто примерно так работает очень любопытная технология под названием Li-Fi.

Представьте себе мир, где каждая лампочка — это не просто источник света, но и высокоскоростной интернет-канал. Мир, где данные летят со скоростью света. Буквально.

Li-Fi, или Light Fidelity, — это технология беспроводной связи, использующая видимый свет для передачи данных. Она подразумевает, что в теории обычная светодиодная лампа в вашей комнате может не только освещать пространство, но и передавать информацию со скоростью, в несколько раз превышающей скорость современного Wi-Fi.

Но как это возможно? Как обычные светодиодные лампы могут заменить радиоволны?

В этом материале мы погрузимся в мир Li-Fi и раскроем историю этой технологии — от первых экспериментов до современных разработок. Детально разберём, как работает Li-Fi, и почему она может произвести революцию в мире беспроводной связи или… не сможет. А также ответим на главный вопрос: если Li-Fi настолько удивительна, почему мы всё ещё не используем её повсеместно?

Препятствий там много, и они, надо сказать, нестандартные.

История Li-Fi: от лабораторных экспериментов до мировой известности

История Li-Fi начинается в начале 2000-х годов. Главным героем этой саги становится немецкий физик Харальд Хаас. Именно он решил работать в направлении передачи информации с помощью света.

Хаас получил степень инженера в Нюрнбергском технологическом институте и работал в области мобильной связи. Позже он работал доцентом электротехники в Университете Якобса в Бремене, Германия, а затем переехал в Шотландию, где и увлёкся изучением беспроводной связи с использованием световых волн.

Но чудо произошло не сразу. На разработку Li-Fi буквально потребовались десятилетия!

Презентация на TEDGlobal 2011

2011 год. Конференция TEDGlobal в Эдинбурге. Харальд Хаас впервые презентует миру технологию Li-Fi.

На столе рядом с докладчиком стоит ноутбук и обычная, на первый взгляд, лампа. А затем Хаас делает нечто невероятное — он демонстрирует передачу видео через луч света от этой самой лампы!

Это выступление становится переломным моментом. Мир впервые слышит термин «Li-Fi» и видит его потенциал. Презентация Хааса на TED «Wireless data from every light bulb» («Беспроводные данные от каждой лампочки») была просмотрена более 2,2 миллиона раз в интернете.

Новость о Li-Fi распространяется буквально со скоростью света — простите за каламбур. Научное сообщество взбудоражено. Уже в октябре того же 2011 года формируется Li-Fi Consortium — группа компаний и исследовательских организаций, объединённых целью развивать и продвигать эту технологию.

Развитие технологии

Следующие годы становятся временем стремительного прогресса. Лаборатории по всему миру начинают эксперименты с Li-Fi.

В 2012 году профессор Хаас становится соучредителем компании pureLiFi для коммерциализации технологии Li-Fi. Он остаётся её главным научным сотрудником (CSO) и членом совета директоров.

В 2012 году практическая демонстрация VLC-технологии с использованием Li-Fi показала скорости передачи данных, превышающие 1 гигабит в секунду в лабораторных условиях. В 2013 году лабораторные испытания достигли скорости до 10 гигабит в секунду.

В 2018 году технология успешно тестируется на заводе BMW в Мюнхене. Другие предприятия тоже аккуратно пытались внедрять Li-Fi. Главным преимуществом световой передачи данных была её скорость! Ошеломительные показатели, которые в сотни раз превосходили привычный Wi-Fi.

Актуальное состояние

По состоянию на февраль 2026 года технология Li-Fi продолжает развиваться, хотя и не достигла массового распространения.

Недавние достижения. Профессор Харальд Хаас и его команда продемонстрировали скорость передачи данных до 100 гигабит в секунду от одной лампочки, что можно считать первым испытанием технологии 6G. Это в 100 раз быстрее, чем высокоскоростной Wi-Fi и соединения 5G сегодня.

Академическое признание. В 2023 году профессор Хаас стал финалистом Европейской премии изобретателей в категории «Исследования». В 2024 году он был включён в список самых цитируемых исследователей в мире по версии аналитической компании Clarivate.

Визит в Индию (октябрь 2025). В октябре 2025 года профессор Хаас посетил Нью-Дели для участия в Индийском мобильном конгрессе (IMC 2025), где его выступления о связи Li-Fi с амбициями Индии в области 6G вызвали новый интерес к технологии на основе света в азиатской телекоммуникационной экосистеме. Он подчеркнул, что Li-Fi следует рассматривать не как конкурента, а как «усилитель пропускной способности» и энергоэффективное дополнение к будущим сетям.

В январе 2025 года американская компания Terra Ferma объявила о запуске своих линеек продуктов Li-Fi Helios и Fortis для приложений правительства США и НАТО, а также для военных нужд.

Профессор Хаас представил идею использования солнечных панелей не только для выработки энергии, но и в качестве широкополосных приёмников — концепция, которая получила широкое освещение в индийских СМИ.

Казалось бы, мы сейчас должны сидеть полностью окружёнными фотонами, заряженными битами информации. Но почему мы всё ещё делаем это по старинке, используя радиоволны?

Чтобы попробовать ответить на этот вопрос, нам нужно понять, как в принципе работает Li-Fi.

Танец света и данных: как работает Li-Fi

В сердце технологии Li-Fi лежит простая, но гениальная идея: свет может нести информацию. Но не просто нести, а делать это с невероятной скоростью и точностью.

Всё начинается с того, что данные, которые мы хотим передать — будь то видео, музыка или текст — преобразуются в двоичный код, знакомые нам нули и единицы.

Теперь представьте, что каждый «0» — это выключенный свет, а каждая «1» — включённый. Если бы мы могли включать и выключать лампочку достаточно быстро, мы бы смогли передавать информацию.

Светодиоды — главный герой технологии

И вот тут-то на сцену выходит главный герой нашей истории — светодиод, он же LED.

Светодиоды обладают уникальной способностью: они могут включаться и выключаться с невероятной скоростью, намного быстрее, чем способен уловить человеческий глаз. Фактически, современные светодиоды могут мерцать миллионы раз в секунду! Это мерцание и становится нашим носителем данных.

Процесс передачи данных

Но как же происходит сам процесс передачи? Всё начинается с модулятора. Это устройство берёт наши данные и преобразует их в серию электрических сигналов, которые управляют светодиодом. Когда нужно передать «1», модулятор посылает сигнал, и светодиод загорается. Для «0» сигнал прекращается, и свет гаснет. Происходит это так быстро, что для нашего глаза лампа кажется постоянно горящей.

На другом конце этой световой линии связи находится фотодетектор — устройство, способное улавливать даже мельчайшие изменения в интенсивности света. Когда на него попадает свет от нашего мерцающего светодиода, он преобразует эти световые сигналы обратно в электрические.

Затем в игру вступает демодулятор. Его задача — расшифровать полученные сигналы, преобразовать их обратно в биты данных и передать их на устройство.

Не только видимый свет

Более того, Li-Fi может использовать не только видимый свет. Инфракрасное и даже ультрафиолетовое излучение также может быть задействовано для передачи данных. Это открывает огромные возможности для использования Li-Fi в местах, где видимый свет нежелателен или невозможен. Но на самом деле прелесть Li-Fi не в самом принципе работы, а, как мы уже говорили, в его скорости!

Феноменальные скорости

Не забывайте, мы говорим про свет. А что может быть быстрее света? Правильно, ничего!

Li-Fi способен достигать феноменальных скоростей передачи данных. В лабораторных условиях уже достигнуты скорости более 224 гигабит в секунду! Это примерно в 100 раз быстрее, чем самые быстрые Wi-Fi-сети. Как же это возможно? Всё дело в ширине спектра. Видимый свет имеет частоту около 300 терагерц, что в тысячи раз больше, чем доступный радиочастотный спектр. Это означает, что Li-Fi может передавать гораздо больше информации за то же время.

Вопрос безопасности

Ещё одна интересная особенность технологии в том, что перехватить информацию из фотонов намного сложнее, чем радиоволны Wi-Fi. Поэтому, по заявлениям разработчиков, Li-Fi намного безопаснее. Li-Fi обеспечивает большую безопасность данных, поскольку сигнал не проходит через стены, что означает, что интернет-сигнал остаётся внутри помещения, где излучается свет.

И на самом деле, отбросив всякие корпоративные приёмы, на этом безусловная польза Li-Fi заканчивается. Дальше начинаются полумеры, а также очевидные и не очень проблемы.

Проблемы Li-Fi и его применения

Начнём с очевидного. Скорость интернета никто не отменял! Даже если Li-Fi сможет передавать хоть миллионы терабайтов в секунду, то это не будет особо важно, ведь ваш интернет-провайдер всё равно будет поставлять вам классические 100 мегабит в секунду.

Проблема инфраструктуры

Ещё одна важная деталь — инфраструктура. Для широкого внедрения Li-Fi требуется значительная модернизация существующих систем освещения. Это не просто замена лампочек — это полное переосмысление того, как мы используем свет в наших домах и офисах. Плюсом к этому нужны устройства, которые будут принимать световой сигнал. Налепить какой-то стикер на смартфон не получится, нужно будет делать принципиально новые гаджеты.

Стандартизация

Сюда же можно добавить и проблему стандартизации. Хотя существует стандарт IEEE 802.15.7 для Li-Fi, он ещё развивается и не так широко принят, как стандарты Wi-Fi. Однако важно отметить, что стандарт IEEE 802.15.7 устарел: он не учитывает последние технологические разработки в области оптической беспроводной связи, особенно с появлением методов оптической ортогональной частотно-разделённой мультиплексации (O-OFDM), которые были оптимизированы для скорости передачи данных, множественного доступа и энергоэффективности.

Проще говоря, технология настолько нишевая, что производителям просто не интересно заморачиваться на этот счёт. Как минимум пока.

Непроницаемость стен

Не забудем тот факт, что свет не проходит сквозь стены, что ограничивает радиус действия одним помещением. Для многих пользователей, привыкших к повсеместному Wi-Fi, это может показаться шагом назад.

Помехи от других источников света

Забавной и очевидной проблемой является и то, что Li-Fi также сталкивается с «засорением» сигнала от других источников света. Например, помехи может создавать солнечный свет. Но эту проблему решить намного проще — можно подключить алгоритм искусственного интеллекта, который будет сортировать свет на правильный и неправильный.

Конкуренция с Wi-Fi и мобильными сетями

Что является фундаментальной проблемой Li-Fi — так это конкуренция. Wi-Fi и мобильные сети продолжают развиваться, становясь быстрее и эффективнее.

Например, технология Wi-Fi 6 достигает гигабита в секунду, не говоря уже о седьмой версии, которая в лабораторных условиях подобралась к отметке в 40 гигабит!

То есть можно добиться очень приемлемых скоростей уже от существующих технологий. Тогда зачем нужно вводить новую?

Осведомлённость и доверие пользователей

Наконец, существует проблема осведомлённости и доверия пользователей. Многие просто не знают о существовании такой технологии, а те, кто знает, могут сомневаться в её надёжности и безопасности.

Потенциальные области применения

Наверное, какие-то узкие направления всё-таки захотят попробовать использовать Li-Fi: дата-центры, где нужно передавать данные на огромных скоростях; закрытые переговорные комнаты, где нежелательны радиоволны, которые можно перехватить. В общем, какие-то замкнутые системы скорее всего могут попробовать использовать Li-Fi.

Технология Харальда Хааса уже используется в областях, где радиочастота нежелательна, включая больницы и школы. Также упоминаются применения в средах, подверженных электромагнитным помехам (например, салоны самолётов, больницы или военные приложения), а также работа под водой и во взрывоопасных средах (нефтехимические заводы, нефтяные платформы).

Существующие коммерческие продукты

Несмотря на все эти преграды, есть несколько компаний, которые уже производят пользовательские устройства для работы с Li-Fi. Надо отдать должное — устройства достаточно лаконичные.

Например, есть флешка, которую можно вставить в устройство, чтобы принимать сигналы Li-Fi. Однако обещанная скорость всего лишь до 42 мегабит в секунду.

Цена тоже не сильная сторона технологии. Например, за комплект с планшетом, передатчиком и приёмником сигнала придётся отдать две с половиной тысячи долларов!

Ну, думается, теперь уже нет вопросов, почему Li-Fi не пришёл в каждый дом.

Выводы: свет в конце туннеля или мерцающая надежда?

По нашему мнению, Li-Fi — это просто очередное технологическое новшество. Обратите внимание, что большую часть материала мы разбирали ограничения и недостатки технологии. Наверное, это о многом говорит.

Необходимость в значительных инвестициях в инфраструктуру, конкуренция со стороны постоянно развивающихся Wi-Fi и мобильных сетей — всё это создаёт препятствия на пути широкого внедрения Li-Fi.

Но стоит ли списывать Li-Fi со счетов? Вряд ли. История технологий показывает, что иногда самые революционные идеи требуют времени, чтобы найти своё место в мире. Вспомним, сколько десятков лет понадобилось электрическим средствам передвижения, чтобы из экзотики превратиться в серьёзного конкурента обычному транспорту.

Li-Fi, возможно, не заменит полностью Wi-Fi или сотовую связь, но у неё есть все шансы стать важной частью будущей экосистемы связи. В мире, где потребность в быстрой и безопасной передаче данных только растёт, где есть интернет вещей, а конфиденциальность информации приобретает всё большее значение, Li-Fi может оказаться именно тем недостающим звеном, которое нам нужно.

Взгляд профессора Хааса на будущее

Профессор Хаас подчёркивает, что Li-Fi следует рассматривать как дополнение к 5G и 6G, а не как замену. Технология может помочь соединить сельские общины путём создания беспроводной оптической связи там, где прокладка оптоволокна слишком дорога.

По словам профессора Хааса: «В моём сердце я инженер. Я действительно хочу заниматься наукой на благо человечества. Я хочу разрабатывать вещи, которые улучшают качество нашей жизни».

Так что же, Li-Fi — это свет в конце туннеля, маяк, освещающий путь, или мерцающая надежда, а может, тихий огонёк души? Пожалуй, ответ на этот вопрос пока неясен.

Но одно можно сказать точно: технология продолжает развиваться, и её создатель не теряет энтузиазма. Как сказал профессор Хаас: «Перед нами огромный океан, который мы хотим использовать для мобильных коммуникаций. Нам нужно только выйти из переполненного бассейна».

Время покажет, станет ли Li-Fi массовой технологией или останется нишевым решением для специализированных применений. Но уже сейчас ясно, что идея передачи данных через свет — это не просто научная фантастика, а работающая реальность, которая может найти своё место в будущей экосистеме беспроводных коммуникаций.

 

Компания Samsung Electronics сегодня провела медиафорум визуальных дисплеев Samsung 2022 и представила технологические инновации в линейке телевизоров и аудиоустройств.

В соответствии с концепцией «Экраны везде, экраны для всех» дисплеи Samsung предоставляют пользователям яркие впечатления от просмотра и обеспечивают совместимость различных устройств. В рамках форума были представлены три инновации, которые лежат в основе технологии Samsung Neo QLED 8K:

• Расширение цветового диапазона c 12 бит до 14 бит. Это означает, что свет передается в 4 раза точнее, по сравнению с моделями прошлого года.
• Технология Shape Adaptive Light Control, которая может значительно повысить уровень контрастности.
• Нейронный процессор Quantum 8K, который имеет 20 независимых нейросетей искусственного интеллекта. Они анализируют тип и другие характеристики исходного контента для достижения наилучшего качества картинки.
• 

Также речь идет о новых технологиях для гейминга. Обновленную платформу Gaming Hub для стриминга игр дополняют специальные игровые возможности Neo QLED: порты с поддержкой HDMI 2.1, режимы Motion Xcelerator Turbo Pro 4K 144 Гц и Super Ultrawide GameView, а также панель настроек Game Bar.

Компания представила обновленные интерьерные устройства, которые получили режим защиты зрения EyeComfort и умную калибровку изображения, которые адаптируют устройство под образ жизни и домашнее пространство каждого. И сообщила о заботе об экологии: например, представлен новый пульт дистанционного управления SolarCell Remote, идущий в комплекте с новыми телевизорами. Он не использует батарейки и заряжается от света и радиочастот. При производстве упаковки новых устройств компания отказалась от металлических скоб и снизила расход чернил на 90%.

Компания OPPO опубликовала видеотизер нового смартфона в своем аккаунте в Twitter.

Особенный интерес вызывает блок камеры устройства: один из объективов выдвижной. Судя по тизеру, оптика выдвигается при нажатии кнопки в приложении камера, возможно при её запуске. Новое устройство покажут 14 декабря в рамках OPPO Inno World — конференции, которая проходит каждый год и в рамках которой компания старается показать скорее не продукты, а технологии и разработки бренда.

Данных по новому устройству нет, давайте попробуем предположить, что же мы увидели, тем более, что в OPPO решили почти ничего не скрывать в тизере.

https://twitter.com/oppo/status/1468143243183468556

Во-первых, устройство можно сравнить с Panasonic CM-1, а также Samsung Galaxy S4 Zoom и Galaxy K Zoom: все эти смартфоны в свое время получили выдвижную оптику.

Во-вторых, мы можем увидеть на блоке камеры много информации. Тут мы видим надпись Retractable Cam, что дословно переводится как «выдвижная камера». Надпись находится рядом с блоком камеры и, кажется, относится именно к ней. Кроме этого мы видим, что речь идет о сенсоре типоразмера 1/1,56 дюйма. Соответственно, можно предположить, что речь идет о 50-мегапиксельном сенсоре Sony IMX576.

Но далее появляются вопросы: мы видим надпись 50 мм и f/2,4. Соотственно речь идет о двукратном оптическом зуме и вероятном падении светосилы. Но вот вопрос — не является ли камера выше широкоугольной или до выдвижения 50-мегапиксельная камера находится в широкоугольном положении? Ответ на это мы и ждём 14 декабря.

К слову, из тизера также понятно, что в OPPO не забыли и о механизме закрытия камеры, подобно тому, что мы видели в OPPO Reno 10x Zoom и других смартфонах этой линейки с выдвижным «акульим плавником» фронтальной камеры: если вы выронили смартфон, автоматика это понимает и задвигает камеру, уменьшая возможные механические повреждения при падении.

Стоит также отметить факт того, что в тизере камеру смартфона OPPO активно поливают водой, а значит, что смартфон, несмотря на выдвижной модуль, может получить сертификацию IP68.

Интересно также, что в смартфоне OPPO Reno7, судя по всему вы не увидим выдвижной камеры. При этом там появится другая любопытная фишка: вокруг модуля камеры будет световое «полотно», которое может светиться разными цветами при получении уведомлений.

Премия James Dyson Award 2021 переходит на международный этап, который начинается вслед за объявлением глобального шорт-листа из 20 новаторских изобретений. У каждого из их создателей есть шанс стать международным победителем и получить 30 000 фунтов стерлингов (3 000 000 рублей) для финансирования следующих стадий развития проекта.

В августе организаторы премии объявили национальных победителей и финалистов в 28 странах и регионах — от альтернативной древесины из отходов производства комбучи до электронной книги с поддержкой шрифта Брайля. Это только начало поиска новых блестящих умов и молодых изобретателей во всём мире.

15 инженеров, научных сотрудников и дизайнеров Dyson со всего мира рассмотрели 83 проекта национальных финалистов, чтобы составить международный шорт-лист этого года из 20 лучших изобретений.

Судьи проанализировали, обсудили и рассмотрели всех национальных финалистов, собираясь на виртуальных встречах, чтобы составить окончательный шорт-лист.

Студенты со всего мира продолжают доказывать, что изобретение нового никогда не прекращается и что они способны решить самые сложные проблемы планеты. 2021 стал ещё одним рекордным годом для премии, отметившись максимальным количеством заявок за всю историю: более 2000 проектов приняли участие в конкурсе. Изобретения из топ-20 разработаны для того, чтобы напрямую решить мировые проблемы с помощью уникальных подходов. Идёт ли речь о сканере для определения типа пластика, вспомогательном средстве для рисования или новом мужском контрацептиве, это решения мирового масштаба. Изобретатели развивали многие из этих проектов на протяжении последних двух лет в условиях пандемии, организовывая совместную виртуальную работу с другими участниками команд и стараясь максимально эффективно использовать доступные дома ресурсы, пока лаборатории были закрыты.

Сэр Джеймс Дайсон объявит международных победителе James Dyson Awards уже 17 ноября.

Стоит отметить, что в шорт-лист награды 2021 года, к сожалению, не вошли проекты из России.

Samsung — компания-флагман в плане технологии гнущихся дисплеев. Их подразделение Samsung Display продолжает разрабатывать новые экраны, чтобы «забетонировать» своё положение лидера на рынке. В частности, речь идёт о смартфонах с гнущимися дисплеями, где Samsung стал не только одним из первых, но и лидером по продажам.

Одной из целей компании являются не только инновации, но и попытка делать их доступнее с каждым новым поколением.

Samsung Display показал сразу несколько новых решений на мероприятии с говорящим названием Display Week 2021.

В частности, бренд показал новую панель, которую можно сгибать в двух местах. Максимальная диагональ в раскрытом состоянии — 7,2 дюйма.

Также компания показала экран для слайдеров, который станет альтернативой решениям TCL и LG (хоть последние и прекратили производство смартфонов, но LG Rollable существует как технология). Подобное рабочее решение мы уже увидели в смартфоне OPPO X 2021, прототип которого даже побывал у нас в редакции.

Также компания показала гнущийся дисплей диагональю 17 дюймов с соотношением сторон 4:3. Этот экран мы скорее всего увидим в планшете Samsung Galaxy Tablet, который станет альтернативой 13,3 дюймовому компьютеру Lenovo ThinkPad X1 Fold.

Также в Samsung Display показали технологию UPC, что дословно можно перевести как «подэкранная камера». Новую панель собираются использовать в безрамочных ноутбуках. При этом технологии для камеру под дисплеем в смартфонах у Samsung пока нет, хотя мы знаем, что есть смартфон ZTE Axon 20 5G с селфи-камерой под экраном, а также такие разработки есть у OPPO и Xiaomi. Ходят слухи, что Apple собирается избавиться от чёлки, спрятав камеру и необходимые для Face ID датчики под дисплей. А вот Samsung пока представил технологию только для ноутбуков, но возможно, они сразу собираются представить смартфоны с подэкранными селфи-камерами

 

Сегодня стартовал приём заявок на международный конкурс в области инженерного проектирования и промышленного дизайна James Dyson Award 2021.

Премия James Dyson Award была учреждена Джеймсом Дайсоном, создателем и идейным вдохновителем компании Dyson, чтобы молодые инженеры и дизайнеры могли показать всему миру свои изобретения и решить с их помощью реальные проблемы.

Прошлый год был рекордным по количеству заявок на участие в конкурсе. Кроме того, премию впервые присудили в области устойчивого развития. Первая победа в этой номинации досталась Карви Эрену Мейгу (Филиппины) за изобретение технологии AuREUS. В прошлом году организаторы James Dyson Award учредили эту международную награду, отмечая важную роль, которую инженеры и учёные играют в формировании экологически устойчивого будущего. При этом был сделан акцент на идеи, которые решают проблемы окружающей среды и соответствуют философии экономичного проектирования Dyson: добиваться большего ценой меньших усилий.

В 2021 году также будут вручены два главных приза по 30 000 фунтов стерлингов (3 000 000 рублей каждому): международному победителю в области устойчивого развития и международному победителю в общей номинации. Но вначале каждая страна и территория, принимающая участие в премии, наградит национального победителя (приз — 200 000 рублей) и двух национальных финалистов. Победа на данном этапе позволит кандидатам перейти на международные стадии конкурса.

То, что в прошлом году Samsung небрежно и как бы невзначай показала на сцене конференции CES 2020, сегодня мир увидел своими глазами. И нет, это не новые часы или смартфон компании, это куда более интересное и необычное устройство — AR-очки для повседневного ношения.

Опубликовал их инсайдер WalkingCat в своём Twitter.

Предлагаем вам самим посмотреть на ролики, а после уже несколько слов от нас.

https://www.youtube.com/watch?v=AsdwvwPMq2I

На этом видео — новые очки дополненной реальности.

https://www.youtube.com/watch?v=kcL5zhtdzZg

В этом видеоролики мы видимо возможности Samsung AR Glasses. В названии ролика неслучайно есть надпись — «Следующий носимый компьютер».

Подытожим увиденное. AR-очки выглядят как обычные. Но на виде сбоку видно, что они довольно толстые из-за дисплея, встроенного в линзы. Благодаря этому они могут проецировать виртуальный экран, на котором можно играть, работать на ПК или смотреть YouTube. Есть и режим «Солнечных очков», в котором затемняются линзы. Управлять режимом и всеми функциями в очках Samsung предлагает через умные часы или жестами.

Также эти AR-очки помогут в выполнении специальных проектов: можно «видеть» виртуальные цифровые объекты в 3D, привязанные к реальному окружению. Это напоминает технологии Старка из «Железного Человека», ну или уже имеющиеся аналоги Microsoft HoloLens или Magic Leap.

Вернёмся к истории про CES 2020. Если вдруг вы пропустили, то Samsung на той конференции показывала свои способности в AR отслеживании тренировок. На сцене был ведущий и девушка, одетая в костюм для трекинга движений (он собирал данные о её теле во время упражнений). Но неожиданно девушка сказала, что наденет ещё и очки с дополненной реальностью.

Тогда никто ничего не понял толком, а про сами очки Samsung не сказала и слова. Но вот спустя год мы увидели уже другой концепт AR-очков. И он сильно отличается от патентов, зарегистрированных Samsung!

Как бы то ни было, очевидно, что гонка AR-очков начинается прямо сейчас, и ждать хода Apple или Google осталось недолго. Но тем нам и интереснее!